Логика сна

В центре пьесы – мать, настоящий демон, уморившая отца, а своего любовника женившая на дочке. Дети ее – чахлые, болезненные существа, жившие впроголодь все детство, пока их мама кутила в Париже на ворованные у главы семейства средства. В спектакле акценты несколько смещены – никак не верится, что Элиса, мать семейства – такая редкостная негодяйка. Галина Борисова играет стареющую женщину, цепляющуюся за останки своей былой красоты, и совершенно неадекватную окружающему миру. Впрочем, быть адекватным этому миру вообще, кажется, невозможно. Шкафы, пол, покрывало на кресле-качалке, диван в форме бесформенной груды тряпок – все белое. На сцене – прозрачная комната, в которую то забегают, чтоб через стекло поглядеть на мир, то выскакивают, будто там не хватает воздуха. Спектакль получился крайне однообразный. «Пеликан» начинается с тягучей сцены, которая ползет гораздо медленней, чем время, да так и продолжается. В нескольких местах действие и вовсе останавливается на одном месте. Ни одного логического поворота в спектакле нет: логика тут своя, истерическая, которую, впрочем, понять довольно просто. Собственно, истерика длится ровно столько, сколько длится спектакль, и, как постоянный прием, теряет над зрителем свою власть, утомляет его.

В «Пеликане» занято пять актеров, разных возрастов и разных школ, работают они на удивление слаженно, но очень скучно. Эмоции, которые испытывают их персонажи в режиссуре Розовского, перечислить проще простого, хватит пальцев одной руки: страх да ненависть. Все. Ни ревности, ни печали или тоски. Герои рефреном повторяют: «Я сплю, не буди меня!» «Я только сейчас просыпаюсь!» Они спят и видят сны, и такое решение во многом оправдывает все режиссерские ходы. Вот мать, Элиса (Галина Борисова) – видит само собой раскачивающееся кресло умершего мужа, вскрикивает, а потом спокойно продолжает беседу со своим зятем – мол, призраки для нее обычное дело. А вот Элиса и ее зять Аксель (Владимир Давиденко) падают на диван – кажется, чтобы заняться любовью, но через мгновение напрочь забывают об этом, и Аксель уже натягивает пиджак. В самом начале появляется служанка (Татьяна Кузнецова) – эдакий злобный скандинавский тролль, хихикающий и пророчащий несчастья, а потом исчезающий неведомо куда. Ни одной логической связки в спектакле нет – ведь сон же, а во сне, как известно, может случиться все что угодно.

В программке к спектаклю напечатан текст за подписью Розовского: «Пеликан» – наше первое прикосновение к Стриндбергу, и оно потребует от актеров высшего мастерства – извините, на мировом уровне, да-да-да, иначе этого автора не осилишь!» То есть, планку режиссер задал сам: по гамбургскому счету.