Дух Волкова
Город: Ярославль Население: 603,7 тыс. чел. Театров: 9
|
До Ярославля от Москвы всего четыре часа на экспрессе, но, выйдя из поезда, попадаешь в другое измерение. Способствует этому и неторопливое течение жизни, под стать такому же неторопливому и величественному течению Волги и вековечному существованию древних церквей. Когда-то именно с Ярославля началась театральная жизнь России, и сегодняшний фантастический взлет интереса к театру в городе исторически оправдан.
Колыбель русского театра
История появления первого профессионального театра России сотни раз описана во всех учебниках, но всякий раз поражает, как в купеческой семье, которая к искусству вообще отношения не имела, в 1729 году родился мальчик, страстно любивший театр и с детства осознавший, что только сцена может стать его судьбой. Жизнь его напоминает сценарий для голливудского исторического фильма: Волков до занудства тщательно изучал всю театральную машинерию тех лет, гонялся за пьесами Сумарокова и наконец познакомился с драматургом лично, он построил на волжском берегу театральное здание и создал труппу, которая привела в восторг Елизавету, участвовал в политической жизни страны и был одним из инициаторов заговора с целью свержения Петра III, а потом отказался от ордена Святого Андрея Первозванного, дарованного Екатериной. Даже смерть его была по-актерски яркой и драматичной: Волков был режиссером-постановщиком маскарада «Торжествующая Минерва», организованного в Москве в честь коронации Екатерины II. Зима в год 1763-й была лютой, но Волков, невзирая на мороз, как на крыльях летал по всем площадкам обширного уличного маскарада – так и простудился. Считай, умер прямо на сцене.
Имя Волкова носит главный театр города: Ярославский государственный академический театр драмы. Обширный репертуар, богатая история всегда делали его театральным центром Поволжья. В Великую Отечественную театр остался цел – по счастью, бомбежки обошли его стороной, а фашисты в Ярославль не попали. Сразу же после победы, в 1945-м, в Ярославле на базе театра был создан и театральный вуз, причем Ярославский государственный театральный институт – по сей день один из лучших в стране.
По-видимому, Мельпомена по просьбе Волкова не оставляет своими заботами город. Редкий случай, чтобы в городе, население которого меньше миллиона, целых девять театров, среди которых – ТЮЗ, Театр кукол, Камерный театр, театр-студия «Странник». Более того, в городе есть совсем удивительные площадки: на студии «Ярфильм» работает Театр каскадеров, спектакли играют в залах Ярославского художественного музея, а театр малых форм «Мартовский кот» поддерживает интерес к театру у молодого поколения горожан. Есть и еще один театр: частный Камерный под руководством Владимира Воронцова. Это действительно уникальный для России опыт, поскольку Камерный – единственный в стране репертуарный театр со стационарной площадкой, постоянной труппой, который существует без государственных дотаций и даже проводит крупные фестивали. А с 2007-го на базе театра вовсю работает студия кинопроизводства «Ярсинема», которая сняла уже четыре телевизионных фильма. Но главная площадка города – это, бесспорно, Волковский театр.
Вон из Москвы
Главной премьерой последних трех сезонов стало «Горе от ума», поставленное Игорем Селиным в декорациях Александра Орлова. То, что в данном случае имена режиссера и художника равнозначны, очевидно: весь мир Чацкого и его недругов – это огромные прозрачные буквы «Г О Р Е О Т У М А», меняющие цвет, вспыхивающие, гаснущие, наливающиеся то мертвенно-зеленым, то зловещим багровым (художник по свету Глеб Фильштинский). Буквы перемещаются по сцене, превращаясь то в танцкласс, то в кегельбан, то в зал приемов, и происходит это красиво, завораживающе, стильно и жестко. Конечно, классическим прочтением Грибоедова тут и не пахнет. Бессмертная пьеса сделана в манере – не современной, нет – безвременной, а значит, всегда актуальной. Технически спектакль придуман виртуозно. В декорацию, как в гнезда для головоломки, вписываются актеры – и несть им числа, даже в сцене беседы Лизы с Софьей, которая сделана в виде урока танцев, ровный ряд черно-белых девушек повторяет заученные движения под блямкающий рояль, будто заводные куколки.
Но самая яркая сцена в спектакле – безусловно, финальная. Все остальное время зрителя готовят к ней, как космонавта к выходу в открытый космос. Огромная «О» спускается с колосников на сцену плашмя, превращаясь в стойку бара – на ребре буквы пьют и пляшут, один только Чацкий (вместе со зрителем, кстати) выкинут за пределы круга, отринут, выплюнут обществом. Он мечется вокруг непреодолимого барьера, мучаясь, но не желая обратно внутрь.
Чацкий (Алексей Кузьмин) – главная актерская удача ярославского «Горя от ума». Яркий костюм Незнайки (канареечно-желтый, красный, зеленый), огромный чемодан, большие очки. Он до смешного нездешний, со своей аффектированной манерой двигаться и говорить. Но вдруг грибоедовская скороговорка срывается на современную нам поэзию. При этом внедрение в известный с детства текст строчек поэта Алексея Цветкова, умело сделанное режиссером, чужеродным, что удивительно, не кажется. Хотя текст, написанный в 2004-м, после бесланской трагедии, чудовищно страшный, жестокий и непримиримый: строчка «Потный раб принес к столу блюдо с детскими глазами» вызывает в зале нервное «Ах!». А уж два куплета, которые выкрикивает в зал этот Чацкий, как ни странно, имеют прямое отношение не только к истории, рассказанной в «Горе от ума», но и вообще к сегодняшней жизни:
звонче музыка играй
ободряй забаву зверю
если есть кому-то рай
я теперь в него не верю
со святыми не пойду
соглашаюсь жить в аду
в царстве ирода-царя
кровь подсохла на рассвете
над страной горит заря
на траве играют дети
все невинны каждый наш
я предам и ты предашь
В финале Чацкий останется только на экране – спокойно и тоскливо читающий Бродского о прощании с родиной. А Фамусова люди в черном будут бить под дых и запихивать в черный воронок.
P.S. На «Горе от ума» всякий раз переаншлаг. Зал свистит, топает, визжит, устраивает овации. Новый худрук театра, режиссер и актер Сергей Пускепалис, получил от директора Бориса Мездрича полный карт-бланш, и похоже, что Пускепалис его оправдает. В дальнейших планах команды Театра им. Волкова, например, «Дальше – тишина» в постановке Виктора Рыжакова.
История появления первого профессионального театра России сотни раз описана во всех учебниках, но всякий раз поражает, как в купеческой семье, которая к искусству вообще отношения не имела, в 1729 году родился мальчик, страстно любивший театр и с детства осознавший, что только сцена может стать его судьбой. Жизнь его напоминает сценарий для голливудского исторического фильма: Волков до занудства тщательно изучал всю театральную машинерию тех лет, гонялся за пьесами Сумарокова и наконец познакомился с драматургом лично, он построил на волжском берегу театральное здание и создал труппу, которая привела в восторг Елизавету, участвовал в политической жизни страны и был одним из инициаторов заговора с целью свержения Петра III, а потом отказался от ордена Святого Андрея Первозванного, дарованного Екатериной. Даже смерть его была по-актерски яркой и драматичной: Волков был режиссером-постановщиком маскарада «Торжествующая Минерва», организованного в Москве в честь коронации Екатерины II. Зима в год 1763-й была лютой, но Волков, невзирая на мороз, как на крыльях летал по всем площадкам обширного уличного маскарада – так и простудился. Считай, умер прямо на сцене.
Имя Волкова носит главный театр города: Ярославский государственный академический театр драмы. Обширный репертуар, богатая история всегда делали его театральным центром Поволжья. В Великую Отечественную театр остался цел – по счастью, бомбежки обошли его стороной, а фашисты в Ярославль не попали. Сразу же после победы, в 1945-м, в Ярославле на базе театра был создан и театральный вуз, причем Ярославский государственный театральный институт – по сей день один из лучших в стране.
По-видимому, Мельпомена по просьбе Волкова не оставляет своими заботами город. Редкий случай, чтобы в городе, население которого меньше миллиона, целых девять театров, среди которых – ТЮЗ, Театр кукол, Камерный театр, театр-студия «Странник». Более того, в городе есть совсем удивительные площадки: на студии «Ярфильм» работает Театр каскадеров, спектакли играют в залах Ярославского художественного музея, а театр малых форм «Мартовский кот» поддерживает интерес к театру у молодого поколения горожан. Есть и еще один театр: частный Камерный под руководством Владимира Воронцова. Это действительно уникальный для России опыт, поскольку Камерный – единственный в стране репертуарный театр со стационарной площадкой, постоянной труппой, который существует без государственных дотаций и даже проводит крупные фестивали. А с 2007-го на базе театра вовсю работает студия кинопроизводства «Ярсинема», которая сняла уже четыре телевизионных фильма. Но главная площадка города – это, бесспорно, Волковский театр.
Вон из Москвы
Главной премьерой последних трех сезонов стало «Горе от ума», поставленное Игорем Селиным в декорациях Александра Орлова. То, что в данном случае имена режиссера и художника равнозначны, очевидно: весь мир Чацкого и его недругов – это огромные прозрачные буквы «Г О Р Е О Т У М А», меняющие цвет, вспыхивающие, гаснущие, наливающиеся то мертвенно-зеленым, то зловещим багровым (художник по свету Глеб Фильштинский). Буквы перемещаются по сцене, превращаясь то в танцкласс, то в кегельбан, то в зал приемов, и происходит это красиво, завораживающе, стильно и жестко. Конечно, классическим прочтением Грибоедова тут и не пахнет. Бессмертная пьеса сделана в манере – не современной, нет – безвременной, а значит, всегда актуальной. Технически спектакль придуман виртуозно. В декорацию, как в гнезда для головоломки, вписываются актеры – и несть им числа, даже в сцене беседы Лизы с Софьей, которая сделана в виде урока танцев, ровный ряд черно-белых девушек повторяет заученные движения под блямкающий рояль, будто заводные куколки.
Но самая яркая сцена в спектакле – безусловно, финальная. Все остальное время зрителя готовят к ней, как космонавта к выходу в открытый космос. Огромная «О» спускается с колосников на сцену плашмя, превращаясь в стойку бара – на ребре буквы пьют и пляшут, один только Чацкий (вместе со зрителем, кстати) выкинут за пределы круга, отринут, выплюнут обществом. Он мечется вокруг непреодолимого барьера, мучаясь, но не желая обратно внутрь.
Чацкий (Алексей Кузьмин) – главная актерская удача ярославского «Горя от ума». Яркий костюм Незнайки (канареечно-желтый, красный, зеленый), огромный чемодан, большие очки. Он до смешного нездешний, со своей аффектированной манерой двигаться и говорить. Но вдруг грибоедовская скороговорка срывается на современную нам поэзию. При этом внедрение в известный с детства текст строчек поэта Алексея Цветкова, умело сделанное режиссером, чужеродным, что удивительно, не кажется. Хотя текст, написанный в 2004-м, после бесланской трагедии, чудовищно страшный, жестокий и непримиримый: строчка «Потный раб принес к столу блюдо с детскими глазами» вызывает в зале нервное «Ах!». А уж два куплета, которые выкрикивает в зал этот Чацкий, как ни странно, имеют прямое отношение не только к истории, рассказанной в «Горе от ума», но и вообще к сегодняшней жизни:
звонче музыка играй
ободряй забаву зверю
если есть кому-то рай
я теперь в него не верю
со святыми не пойду
соглашаюсь жить в аду
в царстве ирода-царя
кровь подсохла на рассвете
над страной горит заря
на траве играют дети
все невинны каждый наш
я предам и ты предашь
В финале Чацкий останется только на экране – спокойно и тоскливо читающий Бродского о прощании с родиной. А Фамусова люди в черном будут бить под дых и запихивать в черный воронок.
P.S. На «Горе от ума» всякий раз переаншлаг. Зал свистит, топает, визжит, устраивает овации. Новый худрук театра, режиссер и актер Сергей Пускепалис, получил от директора Бориса Мездрича полный карт-бланш, и похоже, что Пускепалис его оправдает. В дальнейших планах команды Театра им. Волкова, например, «Дальше – тишина» в постановке Виктора Рыжакова.
«Русский Национальный Балет «Кострома» – своевременный ответ на потребность современного общества
