Русский урок для Америки

– Виктор Абрамович, вы были одним из организаторов и вдохновителей этих гастролей. Расскажите, как вообще возникла идея привезти студентов Додина в центр Барышникова?

– Несколько лет назад в Нью-Йорке Михаил Барышников создал центр, который называется Baryshnikov Arts Center. Это три зала, где могут заниматься и показывать балетные, драматические, музыкальные представления и концерты, различные экспериментальные группы. Когда я все это узнал, то подумал, что было бы неплохо показать там интересные театральные школы. Лев Додин – один из выдающихся режиссеров, Михаил Барышников видел его спектакли: «Братья и сестры», «Дом». Они знакомы ещё по Ленинграду, до отъезда Михаила заграницу. Поэтому, когда возникла идея, показать мастер-класс Льва Додина в Нью-Йорке, она была поддержана и Барышниковым, и соответственно Додиным.

– Каково было ваше впечатление от «Открытого урока» в Нью-Йорке?

– Меня поразили эти молодые ребята, студенты, заканчивающие свое обучение, почти актеры, будущие настоящие звезды.

– А как реагировала американская публика?

– Зрителями в основном были американские студенты из нью-йоркских университетов и университетов близлежащих городов. На них мастер-класс произвел огромное впечатление! Для них все это продолжалось три дня: сам «Открытый урок», встречи с русскими студентами, лекции Додина и Барышникова. Это была нескончаемая грандиозная акция. Но были не только студенты. Я видел одну даму, педагога по сценической речи, которая буквально плакала и ходила на каждый урок, восклицая «как возможно все это делать!?». Додинские студенты показывали и балет под руководством педагога Юрия Василькова, и мастер-классы по сценической речи Валерия Галендеева, и акробатику, и различные музыкальные вещи: пение, замечательную игру на музыкальных инструментах, они представили целый духовой оркестр. Поэтому и впечатление было поразительным.

В финале Лев Абрамович показал со студентами небольшой отрывок из премьерного спектакля «Жизнь и судьба». Это вызвало большой интерес и принималось с грандиозным успехом. Было очень много разговоров, обсуждений.

– А что-нибудь удивило в поведении студентов? Может быть, были какие-то интересные встречи?

– Наверное, так ведут себя только студенты, воспитанные Додиным, но ребята, которые впервые оказались в Нью-Йорке, все свободное время за те несколько дней, которые продолжались гастроли, не вылезали из музеев. Они облазили и «Метрополитен», и «Гуггенхайм», ходили в другие музеи.

Были каждодневные замечательные встречи с Барышниковым, который показывал им в записи свой последний спектакль, свои новые фотографии, где запечатлены разные формы движения, он их делает в удивительных местах в Доминикане и на Кубе. Возможно, в будущем удастся организовать выставку этих фотографий в России. Лев Абрамович очень увлекся этими фотографиями и просил снова показать их ребятам, может быть он думает о каком-то новом спектакле... Барышников сам был рад с ними пообщаться, он видел их глаза и говорил, какие замечательные ребята, говорил, как с ними интересно и приятно разговаривать. Они общались на самые разные темы и о политике, и о жизни.

Кроме этого была очень интересная встреча с Юзом Алешковским, он не пел, но говорил, что тоже немало, был прием в знаменитом ресторанчике «Русский самовар».

– А был ли кто-то из русских, живущих сейчас в Америке на этих гастролях?

– Приходил известный фотограф Леонид Лубяницкий, многие знают его знаменитую серию фотографий Высоцкого с гитарой. Он смотрел «Открытый урок» дважды. Он фотографировал по просьбе ребят их с Алешковским, и с Барышниковым. Была забавная ситуация, связанная с тем, что Лубяницкий не работает с цифровым фотоаппаратом и не знает, как им пользоваться, а у ребят были только цифровые.

Была на «Открытом уроке» Ирина Колпакова, знаменитая прима-балерина Кировского театра. Она приходила смотреть, как Юрий Васильков [педагог по танцу. – В.К.] приспособил классический танец к драматическому представлению. А секрет в том, что он не столько учит их танцевать, сколько свободно двигаться под музыку.

– Барышников проявил интерес к «Открытому уроку»?

– Барышникову все это было очень интересно, он сидел и смотрел все три дня, тем более, что Додин подробно рассказывал о школе, о том, как они готовят спектакль, о чем они разговаривают. Лекция Додина вообще произвела колоссальное впечатление, был замечательный перевод Дины Додиной.

Мы уехали быстро, но резонанс в Нью-Йорке, конечно, был. Перед каждым выступлением Барышников говорил. Говорил о Додине, о влиянии русского драматического искусства, на американское драматическое искусство, говорил о влиянии школы Станиславского. Но все-таки самое главное, что это было сделано для студентов. Они могли сами попробовать свои силы. На первом мастер-классе Галендеев обратился к аудитории, чтобы они присоединялись к занятиям, и человек десять выскочили на сцену и пытались вместе с додинскими студентами это повторить. И у некоторых получалось.